ПАМЯТИ БЕТТИ ФРИДАН. ПАМЯТИ ВЕНДИ ВАССЕРСТАЙН


Елена Гапова

В течение последних двух недель в США умерли Венди Вассерстайн (30 января) и Бетти Фридан (4 февраля). Две феминистские фигуры, безусловно признанные в американской интеллектуальной истории. Помимо того, что авторы, значимые пусть в другой, но в глобальном плане «одной из первых» (нравится нам это или нет) культуре, уже поэтому становятся видны многим, они важны нам и как люди, которые что-то поняли «про женщин» и смогли объяснить всему обществу, почему это важно. Поняли что-то такое, что у нас (в общей советской и постсоветской культуре) осталось непроговоренным: по причине ли того, что у нас по-другому сложилась история и «этого» нет, либо потому, что те, кто мог бы это сказать, так и не обрели голоса. Бетти Фридан будут вспоминать прежде всего как автора книги «The Feminine Mystique» («Загадка женственности», 1963г.), которая считается прологом и в определенном смысле «поводом» к возрождению феминизма в контексте широкого движения за гражданские права в Америке в конце 1960х. В ней она описала то, что сначала назвала «проблемой без названия», т.е. реальностью огромного количества американских женщин, которые, имея вполне безбедное и даже благополучное существование (дом, муж, дети, машина, клуб, теннис и т.д.), тем не менее, ощущали себя глубоко несчастными. Они не могли - хотя многие и искренне старались – свести себя к пылесосу, в то время как СМИ, церковь и вся окружающая культура пытались убедить их, что они живут в самой лучшей в мире стране и что «у них все есть». Тем не менее, «они хотели большего» - или другого, или еще чего-то.

Говоря социологически, Бетти Фридан описала проблему образованных американских домохозяек среднего класса, которые стояли на пороге массового выхода на рынок труда (сама она была журналисткой) в профессиональном качестве, и ее книга служила «легитимации» (оправданию) этого шага. Бетти Фридан заканчивала первую главу, в которой описывала «проблему без названия», словами: «Мы не можем больше не слушать голоса женщин, говорящих: «Я хочу большего, чем муж, дети и дом». Это большее она определила как карьеру – или самореализацию в публичной сфере.

Книга Фридан стала «голосом» многих женщин. Вместе с тем, когда феминистское движение Америки развернулось по-настоящему, став частью антирасистской и антивоенной борьбы, стало очевидно, что есть очень много женщин, которые всегда работали вне дома – иначе им просто нечего было бы есть - и чьи проблемы находятся совсем в иной плоскости. Темнокожая американская феминистка белл хукс, которая пишет свое имя с маленькой буквы – очевидно, чтобы подчеркнуть, что она одна из многих, говорила, что Бетти Фридан написала свою книгу так, как будто бы других женщин в Америке никогда не существовало. Женщин, которые ежедневно страдают от угнетения и не в состоянии изменить условия своей жизни. Говоря от имени белых замужних образованных женщин, которые «хотели от жизни большего», она не задумывалась, писала хукс, «кто же придет в дом, если большое количество таких, как она, женщин, будут освобождены от домашнего труда и получат равные с белыми мужчинами возможности профессиональной карьеры. Она не говорила о нуждах женщин, у которых нет мужчин, нет детей, нет дома. Она игнорировала существование всех цветных и бедных белых женщин. Она не сказала своим читателям, лучше ли быть прислугой, нянькой, рабочей на конвейере, машинисткой или проституткой, чем домохозяйкой привилегированного класса». Когда перевод «Загадки женственности» вышел по-русски в 1994г., в предисловии к нему Ольга Воронина, объясняя контекст появления и проблематику книги, отмечала, что речь идет об определенной группе женщин и что врядли в ближайшем будущем у нас будет тот же уровень обеспеченности.

Тем не менее, все общества, в которых происходил массовый «уход» женщин из дома, яростно спорили о причинах и последствиях этой тенденции, которая нарушает весь социальный порядок. В определенном смысле это революция, потому что она влечет за собой перестройку всего остального: семьи, сферы труда, законодательства, системы воспитания и даже медицины. Работа, которая делается дома, в любом случае должна быть выполнена. И если женщины из дома «ушли», а мужчины не очень хотят туда приходить, потому что работа эта неоплачиваема и непрестижна, и если дешевых (дотированных государством) услуг нет, то единственным выходом является наемный домашний труд. Но для этого нужны люди, которые согласятся на него, а есть они тогда, когда существует значительное экономическое неравенство в самом обществе или между Западом и всем остальным миром. Это та проблематика и те споры о самом серьезном в организации жизни, начало которым было положено книгой Бетти Фридан.

Драматург Венди Вассерстайн, обладательница Пулитцеровской премии по литературе и театральной награды Tony Award, принадлежит к тому поколению, которое, конечно, книгу Фридан читало, но жизнь свою реализовывало уже по-новому. Она и ее сверстницы – это либо участницы Women’s lib, либо их младшие сестры; те женщины, которые формировали для себя иную судьбу, искренне верили в новые профессиональные и интеллектуальные возможности и огромное значение придавали женской солидарности. Это поколение Венди Вассерстайн и описала в своих блестящих и остроумных пьесах, которые являются непременной частью интеллектуального багажа образованной американской публики. У нас ее не знают, очевидно, совсем; возможно, потому что ее тексты не могли быть превращены в голливудские блокбастеры: там никого не убивают, не грабят банки, не спасают человечество от конца света и в них нет динозавров и ни ночных, ни дневных дозоров.

В фильме по сценарию Вассерман «Дневники Хейди» героиня, студентка, и ее несколько подруг разных возрастов и занятий регулярно собираются вместе для обсуждения «женских проблем». В начале 70-х такие «группы роста сознания» действительно были популярны и рассматривались как орудие социальных преобразований «снизу». Во время такой встречи одна из участниц, молодая женщина, живущая после окончания школы со своим другом, признается, что он ее оскорбляет, называет «дурой», каковой она действительно себя теперь чувствует, что идти ей некуда и вообще... Тогда другая участница, «мать семейства», предлагает: «А ты переселяйся к нам. У нас в доме найдется небольшая комнатка, а там посмотрим». Тридцать лет назад для поколения, к которому принадлежала Вассерстайн, эта солидарность и поддержка, истинная или воображенная, имела огромное значение. Им казалось, что таким образом – живя «не по лжи» (используя фразу другого диссидента, А. Солженицина) – они смогут «пробить стены», которые их сдерживают и разделяют и переделать весь мир.

Но стена под названием «социальный порядок», пробитая в одном месте, тут же поднимается вновь. В конце фильма главная героиня Хейди становится куратором в крупном музее (должность в американской жизни престижная и неплохо оплачиваемая); ее подруги также достигают тех формальных целей, к которым стремились, но мир не стал таким, как они когда-то мечтали. Женщина – если соберет волю - может дойти (почти) до самого верха, и некоторые героини именно там и оказались. Ради этого им пришлось «отложить деторождение» (чего при нынешней организации «ухода за детьми» не надо делать мужчинам), но что-то ушло, и при встрече бывшим соратницам почти не о чем говорить. У каждой множество профессиональных проблем, у них «на плечах» музеи и медиакорпорации, они понимают, что надо в конце концов «решить вопрос с ребенком», иначе будет поздно (еще одна проблема, которой у мужчин нет), но для этого надо оставить все, с чем они себя идентифицируют, а однажды уйдя, вернуться в эту колею непросто. Хейди, так и не найдя мужчины, с которым ей хорошо (хотя иногда казалось, что счастье возможно), на ребенка все же решается. Сама Венди Вассерстайн родила дочку в 48 (никогда нигде не рассказав, кто является ее отцом). В 55 она умерла от рака.

Критики писали, что Вассерстайн стала хроникером женского «кризиса идентичности». Я убеждена, что она рассказала другую историю. Структура капиталистических (т.е. ориентированных на прибыль) институтов не изменилась (или изменилась недостаточно) и не предполагает включения людей, у которых есть значительные семейные обязанности. Женщины, заинтересованные в успехе, просто должны делать вид, что они «такие же, как мужчины».

Венди Вассерстайн обозначила и «проговорила» огромный пласт проблем постиндустриального общества и поколения женщин и мужчин, которые пытаются сконструировать в этих услосвиях совсем новый жизненный «сценарий». Возможный в некоторых случаях и у нас (где женщины работали весь 20-й век, но в других условиях), но необъясненный, неосмысленный и даже не признанный заслуживающим рассмотрения. Когда мы только начали проект «Феминисткая критика» и разместили на одноименном блоге первый текст с объяснением, что собираемся делать и почему, «группа пользователей интернета» тут же создала блог под названием «антифеминизм», где собиралась дать феминисткам бой и просила присылать сообщения и ссылки к текстам об их глупости и ограниченности. Блог этот интересен как культурное свидетельство некоторых популярных в обществе настроений. Недели две там шла сладострастная дискуссия на тему «глупости и ограниченности», во время которой один из участников высказался в том смысле, что феминистки – это несчастные женщины, которым просто не хватает силы воли привести себя в порядок, сбросить лишние два килограмма и из-за жировых складок и маленького мозга они все и затевают, поэтому, девочки, бегите-ка скорее к психиатру и в спортзал и все будет в порядке. Мысль о том, что он не является «властелином колец», и что есть женщины, у которых в принципе другие вещи в голове, и что они интеллектуально автономны, и что есть мужчины, которым могут быть интересны такие женщины, и вообще что жизнь может быть «про другое», очевидно, не приходила ему в голову. По многим причинам, в том числе потому, что у нас, на советском/постсоветском пространстве такие женщины (их не так много, но они есть сейчас и их постепенно будет больше) остаются «нерассказанными» и главное, непризнанными в качестве «субъектов мысли», способных сказать что-то важное «всему человечеству».

Стать «голосом» целого женского поколения – значит сделать очень много. Будем об этом помнить.